Здесь камень обнаруживает большее постоянство чувств, нежели человек, а архитектура оказывается надёжнее человеческой памяти. Квазимодо, лишённый красоты, способен на любовь, тогда как Фролло, наделённый разумом и образованием, превращает её в разновидность казни. Эсмеральда становится предметом всеобщего восхищения, но почти никого не интересует как человек. Гюго населяет средневековый Париж людьми, которые принимают желание обладать за любовь, благочестие - за добродетель, а внешнее уродство - за нравственное. Особенно примечательно, что единственным существом, которому Квазимодо может доверить своё одиночество, оказывается собор: камень, в отличие от людей, не требует объяснений и не выносит приговоров. И когда человеческие голоса окончательно умолкают, Нотр-Дам продолжает стоять, равнодушный к их страданиям. В этом, пожалуй, и заключается самая неприятная мысль Гюго: человек строит соборы в надежде прикоснуться к вечности, но вечность, получив каменное воплощение, не считает нужным помнить своих создателей.
Плюсы
Отличное издание, как и сама серия